144-й театральный сезон

Версия сайта
для слабовидящих

  О театре Репертуар Афиша Как купить Артисты Новости Контакты Учредители и партнеры Попечительский совет

Пресса

Рассказать вконтакте Рассказать в facebook Рассказать в ЖЖ Рассказать в одноклассниках Твитнуть

«Пьесы приходят не просто так».
08 февраля 2019 г.

Олег РЫБКИН:

Главный режиссёр Красноярского драматического театра имени А. С. Пушкина Олег Рыбкин с триумфом возвратился из Москвы, где удостоился приза за спектакль «Три дня в деревне» с формулировкой «Урок превращения классического текста в лирическое высказывание» на фестивале «Уроки режиссуры», проходившего в рамках биеннале театрального искусства. 

Однако это не самое главное, о чём говорили с режиссёром, ведь руководимый мастером коллектив получил девять номинаций в национальной театральной премии «Золотая маска», а сам Олег Рыбкин проводит последние репетиции обещающего стать очередным событием спектакля «Опасные связи» по мотивам романа в письмах французского писателя XVIII века Шодерло де Лакло.

- Согласитесь, Олег Алексеевич, приятно ведь находиться в компании больших режиссёров, которым также вручили призы? Роберт Стуруа, Кама Гинкас, Адольф Шапиро, Григорий Козлов, Римас Туминас, Сергей Женовач, Юрий Бутусов, Валерий Фокин... Что ни имя, то легенда. И на их фоне, наверное, сам себя легендой чувствуешь?

- Думаю, да. (Смеется) Это значимый фестиваль, хотя проводится всего лишь второй раз. Понятно, как любой фестиваль, это субъективная для организаторов история. Он проходит при поддержке Министерства культуры России. Первый раз было придумано, чтобы мэтры смотрели работы молодых, условно говоря, режиссёров, хотя можно ли их назвать таковыми, уже успевших стать художественными руководителями, как, скажем, Егор Перегудов - главным режиссёром РАМТа. Во втором фестивале была придумана забавная штука: молодые режиссёры в жюри и оценивают работы мэтров. Слава богу, молодому жюри хватило ума, о чём они и сказали: «Понимаете, задача ведь несоизмеримая...» Алексей Владимирович Бородин, похвалив жюри, всё-таки отметил, что не завидует их доле, поскольку состав участников был таков, что оставалось придумать формулировку «Урок за что-то...» Получилось тёплое, уважительное, временами забавное награждение. 

- Вы показывали на сцене Московского драматического театра имени А. С. Пушкина совсем новый спектакль «Три дня в деревне»?

- На фестиваль его взяли, надо честно признать, не глядя, поскольку на тот момент его ещё никто не видел. Премьера прошла за неделю до фестиваля. Мы показали для зала, вмещающего около 760 зрителей. Приняли хорошо. Редкие для Москвы, но привычные у нас, стоячие овации. Мне кажется, данная поездка была для нас полезной, поскольку фестивали в любом смысле всегда полезны - другой зритель другого города, к которому надо найти свои подходы и его завоевать. Понятно, для Москвы это новый театр, новые лица, новые впечатления. И мы были рады, что смогли достойно показать свою работу. 

- Вспоминаю ваш фантастический успех в постановке «Чайки» на красноярской сцене, хотя зрители и ругались, и хлопали дверью, покидая зал. И вот пьеса Чехова уступила место английскому пересказу пьесы Тургенева? Случайно ли это произошло?

- Это получилось случайно. «Чайка» ушла, по понятным причинам. Я, конечно, хорошо отношусь к нашим молодо выглядящим артистам, но есть же совесть? Когда ведущий артист говорит, что ему 25, а ему 50, уже не очень хорошо выглядит. Мы же не опера, где Джульетта может выйти в возрасте, и то так уже не делают в продвинутых европейских театрах. Внешние данные должны соответствовать не только прекрасному вокалу -- всё-таки у нас существуют такие понятия, как визуальный контакт и визуальное доверие. «Три дня в деревне» не ставилась с задачей заменить «Чайку» - это ироничная пьеса относительно произведения Тургенева, в большинстве случаев стилистика русского писателя сохранена, что важно. Однако, в то же время, это Россия глазами английского драматурга Марбера, и когда это игралось в Лондоне, там было больше смеха. Мы ещё не научились так здорово над собой, над проявлениями русского национального характера, требующего глубина, страданий, страстей, смеяться. Мне кажется, в спектакле чувствуется немножко отстранённый взгляд на проблематику, что не отнимает историю несчастной любви. Может, здесь нет стольких пудов любви, как в «Чайке», где всё пылало.

- Прямо по тексту Чехова - и получилось здорово!

- Здорово-то здорово, а сколько мы пережили? И письма в министерство, и всё, заполненное отрицательными отзывами. Это был один из первых спектаклей на красноярской сцене, вызвавший современным на тот момент прочтением бурю эмоций в зрительном зале не только в Красноярске. Мы возили «Чайку» в разные города, она объехала практически все значимые фестивали страны: и в Ярославле, и в Барнауле, и даже в Петербурге были возмущённые люди. 

- Вызвал интерес такой момент. На «Золотую маску» номинирован спектакль Виктора Рыжакова «Оптимистическая трагедия. Последний бал». Получается, советская классика ещё в моде? Не было ли у вас мысли поставить что-то подобное? Устарело или неинтересно?

- Там есть что поставить. Мало того, у меня лежит томик «Забытые пьесы 20-х - 30-х годов». Мы его представляли в своё время на КРЯККе. Например, «Ложь» Афиногенова, которую ставили очень мало и, видимо, в силу идеологических расхождений с линией партии её запретили. Читали пьесу не без успеха, но хочу напомнить, что в БДТ вышел спектакль Константина Богомолова по одной из советских пьес - «Слава» Виктора Гусева. Сделана попытка реабилитировать стиль советской пьесы, честно её сыграть, чтобы было непонятно -- ирония это или что-то ещё. Пьесы приходят не просто так. Они где-то созревают. И нормально, когда у режиссёра есть определённый портфель пьес, заложенных ещё со студенческих лет. А в течение жизни они обновляются, но какие-то вещи не забываются и всплывают уже потом в качестве спектаклей. Может, этому время ещё не пришло? Для меня, во всяком случае. Но если приглашённый режиссёр предложит что-то подобное и убедительно аргументирует необходимость такой пьесы в нашем театре, мы, безусловно, это сделаем. 

- Получается, для Виктора Рыжакова пришла пора постановки «Оптимистической трагедии»?

- Вопрос к режиссёру. Может, он просто хотел сделать что-то скандальное? Мало ли какие мотивы? Спектакль мне посмотреть не удалось, только читал про него. И мнения по этому поводу достаточно неравнозначные. Там много песен, звучат произведения «Квин», намешано столько, что дай бог в этом разобраться. Зная Виктора Рыжакова лично, понимаю, что это было не скучно, а вот что за этим? 

- Как вы думаете, почему у нас в крае в нынешнем году так много номинаций на «Золотую маску» -- более двадцати?

- Только у нас девять, что для драматического театра очень много! Мне сложно, впрочем, судить, что случилось? Бывают года урожайные, а бывают - нет. Наш край, и мы это знаем, один из ведущих регионов, в котором стабильно в последние 5 - 6 лет спектакли проходят на «Золотую маску». Норильск, Минусинск, Канск, Лесосибирск... Когда в театрах существуют сильные художественные руководители, которые при этом не боятся приглашать интересных режиссёров, наверное, подобный процесс даёт закономерный результат. 

- Рецепта постановки спектакля на «Золотую маску» не существует?

- Конечно, нет. Это бессмысленно. Взять лучшего режиссёра, хорошего сценографа, замечательных артистов, и обязательно - денег побольше!.. А потом сидеть и ждать, что получится «Золотая маска»? Не выйдет. 

- И основной темы, как в случае с голливудским «Оскаром», где в награждениях многое понятно, тоже нет?

- Не уверен, что «Золотая маска» руководствуется чем-то подобным. Хотя привлекают экспертов редкие, практически не повторяющиеся названия. Чем везти восемьдесят шестую «Чайку», лучше один раз показать, например, Дмитрия Пригова. Думаю, это тот случай когда спектакль «Я. Другой. Такой. Страны» интересен и новизной литературного материала, и режиссёрскими ходами. 

- И тем не менее на нынешнюю «Золотую маску» номинированы два «Гамлета», «Король Лир», «Маленькие трагедии», «Три сестры» - тоже две...

- Шекспир идёт всегда, как и Чехов, если посмотреть любой год «Золотой маски». Мы видим повторяющиеся имена драматургов, но вот то, что на их фоне иногда возникают неожиданные названия - прекрасно. Хотя и это тоже никакая не гарантия - взять забытую пьесу тридцатых годов. Я дважды был членом жюри «Золотой маски», и это уже стало хорошим тоном, жюри ругает экспертный совет, начиная словами: «Кто всё это отбирал?!» А в финале, когда нужно подводить итоги, всё равно приходят к одним и тем же именам, что печально. Убеждаюсь, что «Золотая маска» - лотерея, хорошо продуманная, внятно организованная, но результат в последний момент оказывается компромиссным. 

- На что надеетесь в ваших девяти номинациях?

- Лично я, будучи номинирован за лучшую режиссуру седьмой раз, ни на что не надеюсь (смеётся). Для меня это ещё одна возможность показать спектакль, это хорошая школа для артистов... 

- И напоследок, несколько слов о предстоящей премьере «Опасные связи»?

- Сразу говорю, мы имеем дело не с романом француза Шодерло де Лакло, а с пьесой англичанина Кристофера Хэмптона - с ней работали постановщики фильмов Стивен Фрирз и Милош Форман. И в России много раз ставилась именно пьеса. 

- Чего ждать зрителям - драмы, трагедии? 

- Я бы сказал, что это многожанровый спектакль, что мне нравится больше всего. Будет много разных стилевых решений. 

- Порыдать дадите?

- Да, и поплакать, и посмеяться. Хотя, скорее всего, это немножко отстранённая история. Для меня это интересный эксперимент, поскольку мы не собираемся выдавливать слёзы. Это очень жёсткая история. 

 

Фото предоставлены пресс-службой Красноярского драматического театра 

Сергей Павленко

Назад к списку статей

О театре

Технические возможности
История
Люди театра
Фотогалерея
Документы
Вакансии
Клуб друзей Театра им. А.С. Пушкина
Дополнительные услуги
Правила посещения театра

Репертуар

Большая сцена
Камерная сцена
Премьеры
Для детей

Афиша

Площадки

Как купить

Где купить билет
Бронирование
Покупка online
Договор оферты
Безопасность платежей

Артисты

Новости

Пресса

Контакты

Учредители и партнеры

Попечительский совет

© Красноярский драматический театр имени А. С. Пушкина, 2003-2019 г.